Тему эту на одном форуме безуспешно уже создавал, но надо же в раздел хоть что-нибудь дать
Пинать, дразнить, язвить тебя, о человек, тебя, хищная тварь, тебя и твоего Творца, за то что он породил такую скверну, – лишь в этом суть моей поэзии.
Лотреамон. Песни Мальдорора. Песнь II: 4.
Несравненный граф Изидор Дюкасс, более известный под псевдонимом Лотреамон, как известно, умер в возрасте двадцати трех лет. Он успел написать только одно произведение: «Песни Мальдорора», гимн «святости преступления» (по выражению самого Лотреамона), «литании Злу» (как говорил Альбер Камю).
«Умри вовремя» – говорит Заратустра у Ницше. Лотреамон, можно сказать, вполне следует этому завету, хотя и умирает за тринадцать лет до написания даже первой части «Заратустры».
Это небольшое отступление может вызвать у читателя аллюзию Дюкасс-Ницше. Аллюзия совершенно не верна. Ницше отрекся от современного его (и нам) человека, предложив иной путь развития и найдя отдохновение в образе Sonnenmensch.
Лотремон проклял человека как такового – без возможности искупления будущим развитием. Лотреамон отрекся, отрекся полностью, без малейшего намека на лазейку, от всего человеческого – даже от земли как таковой, заполнив свою поэму георями-моллюсками.
Я насмотрелся на людей, и все они, все до единого, тщедушны и жалки, все только и делают, что вытворяют одну нелепость за другой да старательно развращают и отупляют себе подобных. И говорят, что все это – ради славы. Глядя на эту комедию, я хотел рассмеяться, как смеются другие, но, несмотря на все старания, не смог – получалась лишь вымученная гримаса. Тогда я взял острый нож и надрезал себе уголки рта с обеих сторон. Я было думал, что достиг желаемого. И, подойдя к зеркалу, смотрел на изуродованный моею же рукой рот. Но нет! Кровь так хлестала из ран, что поначалу было вообще ничего не разглядеть. Когда же я вгляделся хорошенько, то понял, что моя улыбка вовсе не похожа на человеческую, иначе говоря, засмеяться мне так и не удалось. [Песни Мальдорора. Песнь I: 5]
Камю пытается обвинить Лотреамона в аргументационной спекуляции: «Чтобы не возненавидеть себя самого, надо было бы объявить себя невинным - смелость, невозможная для одинокого человека; помехой служит то обстоятельство, что он себя знает. Зато можно заявить, что невиновны все, хотя они считаются виновными» [Человек бунтующий. Часть 2]. Несколькими строками далее Камю цитирует Лотреамона, тем самым опровергая только что сказанное: «Да не откроется взору безобразие, каким наградило меня, с гримасой неистовой ненависти, Высшее существо», – говорит Мальдорор, объясняя, почему он одет в черный плащ с капюшоном, полностью закрывающим лицо.
Как бы то ни было, даже Камю не мог отрицать, что у Лотреамона «речь идет уже не о кажимости, создаваемой упорными усилиями сознания, а о небытии самого сознания».
Есть ли еще, кроме меня, почитатели выдающегося таланта говорить «абсолютное ″нет″» и дара ненавидеть?
Это уже, знаете ли, классика, error fundamentalis. «Заглавие» genus – С. «Фуфельное» genus – Сx. «Самокритика» genus – нарушение Закона Достаточного Основания, Nx в некотором роде. А теперь напомнить вам формулу абсурдного высказывания? – CCxNx(Nx). Укрепляйте слабые позиции, дружище. 
